Нужно было обязательно сделать Стасу Барскому диск на день рожденья. Во-первых, нужно было сделать диск бли шум кешер. Во-вторых, таким образом абраhмы надеялись воткнуть Стаса в абраhмскую культуру, потому что считали, что тот недостаточно воткнут.

Этот диск получися странным, но интересным.

Вступительная песня косвенно связана со Стасом: он по ошибке назвал церковью синагогу возле своего дома. Проповедь Святого Абраhма и песня Highway Stas больше всего отвечают поставленной изначально цели: воткнуть Стаса, а Абраhмськi казки (это просто сорвавшиеся с цепи абраhмы) отлично демонстрируют слушателю в какой сумасшедший дом он попал.

После этого диска острая потребность во что бы то ни стало дарить каждому абраhму диск на день рожденья немного ослабла.



Highway Stas

Церковь — машу тов!

Церковь — машу тов
Там стоит орган
Кроме хета и альтов
Снейер и бас-драм

Слався, наш творец
Ты безумно крут
Тварей ждет один конец
Скоро все умрут

День барабанщика

Ну-ну
Ха-ха
Да-да
Что-что?

Вороны!
И выкл. всё!

Добро пожаловать в Индию!
Нехорошо…

Итак, мы собрались здесь, в теплом индийском уголке, куда мы уже давно собирались выехать…

Дай и заехать

…да, чтобы поздравить самого молодого, самого скромного и, что самое главное, самого загадочного члена наше знаменитейшей, в селе Лысые Картавики, группы.

О, да.

С чем поздравить-то?

Ни с чем!

Во-от, поздравить его с днем барабанщика. Тов. А посему предлагаю выпить.

Щас мы с тобой, Волга, тяпнем по-нашему, по-абраhмски

Налейте мне, пожалуйста, немножечко Колы…

Хрю-хрю!

Шухер!.. Ну ты понял, мужик. Короче, за здоровье металных мастеров. Поехали.

(дзынь)

Я уже выпил, поздно. Поздно!
Он не пьет, он хлещет…
Кур-р-рня-явы-ыи-и-и…
Дети мои…
Это колки…
А за Фимой — Волга—
Свободен!
Что? Волк?
Камуван!
Дай камеру…
Кур-р-рня-явы-ыи-и-и…
И там лабают настоящие метальные мастера
Какие мастера?
Никакие
Давайте это споем на концерте…
А-а! ты что!
Ой, какое счастье! Еще стать знаменитыми — и все!
Еще одну рюмку…
Ой, Шухер, тебе нельзя курить, тебе нельзя пить…
Да пошла ты…

Проповедь

Полный хинам…
Никто не подарит кусочек печенья…
Привет! отдонул…
У?
Рыбы — во!
Проездной.
Сметаны … во!
Тридцать восемь попугаев и еще одно попугайское крылышко…

Хинам, мой дорогой ушастый дружок. Думаю, мой голос тебе хорошо знаком, ты часто слышал его в своих кошмаров, но никогда не вкидывался кто я. И вот теперь тебе представилась редкая возможнось это узнать.
Я — святой Абраhм, черный отшельник и проповедник великого Хинама. Машу тов! И сегодня я снова здесь чтоб поведать тебе кто такие Абраhмы.

Давным-давно, когда наш мир еще колбасило от страшного ига псевдомузыки, жила-была группа мрачных музыкантов. Эта группа включала в себя пять лабарей, трое из которых были самые настоящие метальные матера: Ёж, Бобер, и Заяц. Камуван, кроме них в группе играли еще Фрма и Мышонок. Камуван!
И вот, эти пять музыкантов и были первыми Абраhмами, кторых теперь так дохрегища развелось.
Тебе, я надеюсь, интересно будет узнать побольше о том кто такие Абраhмы и за каким шкафом они живут, а за одно и самому стать одним из них, если тебя, камуван, воткнет вся эта фигня.
Я могу тебе в этом помочь, но помни, дружок: вошедшим нет пути назад! Если уж втыкешься, то не по детски. И — идеально в анус. Другими словами: нарезал — так заваливай.

Итак, время действия: конец ХХ века, когда Абраhмство, собственно, и зародилось. Еще древние Абраhмы, или Гарфильды, говорили, что ахи тов — охель хинам. Это значит, что уже тогда их мудрые предки трепетно относились к провианту. Вот и теперь основными культовыми занятиями Абраhмов являются поглощение еды и организация втыков.

Жизнь Абраhма — по возможности вечное втыкачество. Случалось ли тебе, мой милый дружок, философствовать на трезвую голову на тему: «Переплытие мышей в Кубу через Панамский пролив»? Есть макароны из кастрюли руками и при этом вытирать руки о чьи-то непомерной длины патлы, произрастающие на неестесственно гениальной голове? Лабать психоделику по часу, а то и по два? Или даже всем вместе, белыми ночами, бýхать Bm?
Это и называется втык, а у Абраhма он, по возможности, вечный. Чаще всего втык рождается из приколов, поэтому Абрамы всегда прикалываются, пока крыша не улетает.
Не бойся, она почти всегда прилетает назад.
Но в том-то и дело, что почти…
Ха-ха!

Каждый Абраhм со своими принципами. Как говорится, у каждого Абраhма своя... партия. Но в целом у них есть и общие принципы, в частности, как: «Стараться не играть попсу», «Очень стараться не играть попсу» и «Из кожи вон лезть, чтобы не дай Бог не сыграть попсу, да будет проклято это слово»
А играют Абраhмы в стиле ХА-ХА. Этот стиль можно легко распознать по весьма явному признаку: когда ты слышишь песню в таком стиле, так, извините за выражение, и подмывает воскликнуть «ХА-ХА!!!»

Добрая половина Абраhмов исповедует пацифизм. В то время, как злая половина культивирует смерть.
Идеально, что обе они прекрасно уживаются между собой. Доброй половине все пофиг потому, что так и так все будет хорошо, а злой половине все пофиг потому, что все равно все умрем.
Кроме доброй и злой Абраhмских половин существует еще темная половина и, камуван, никакая половина.

Ты, наверное, не раз задавался вопросом: Чем отличается Абраhм от обычного смертного?
Спрашивать об этом самих Абраhмов почти не имеет смысла ибо Абраhмы не очень-то любят, когда чужие вмешиваются в их внутренний мир. И поэтому ограничиваются лаконичными ответами типа: «Ничем!»
Позволь открыть тебе маленький секрет: Абраhмы сильно отличаются от других представителей homo sapiens, потому как сами они homo prikolistus, то есть — люди-втыкачи.
С виду Абраhм как-будто обычный, ничем не приметный гражданин, но стоит только приглядеться и ты сразу почувствуешь эту, на первый взгляд неуловимую, разницу.

Во-первых, в руках Абраhма ты непременно увидишь музыкальный инструмент, рюкзачок, битком набитый разноцветными проводами или на худой конец — мешок с призами для других Абраhмов
Во-вторых, Абраhма всегда можно узнать по его глазам. На потолке. Этот характерный взгляд, устремленный вроде бы в никуда и эти лукавые искорки, свидетельствующие об уехавшей наполовину крыше
Ну, и в-третьих, это конечно же Абраhмский язык.

Вот как сформировался этот единственный в своем роде язык: возьмем русский, добавим немножко древнееврейского, еще немножко английского, украинского и Володарского. Все это хорошенько перемешать и подавать с горячим английско-московско-одесско-грузинско-эстонским акцентом под хорошую закуску.
Это я вам скажу, друг мой, просто машу тов!
Ну так вот, язык Абраhмов довльно прост для усвоения. Главное — усвоить несколько основных фраз и приколов и язык, можно сказать, у вас в кармане. Don't try it in home. Ха-ха…

Любой учебник Абраhмского языка непременно начинается с главного Абраhмского слова.
А теперь, мой дружок, мы перешли к самой сокровенной Абраhмской теме. Теме главного слова.
Глубокий смысл, заложеный этом слове, должен быть понятен каждму без исключеня Абраhму. Иначе какой он в анус Абраhм? В это слове наша история, наше мировоззрение, наше главное достояние. Это слово по праву названтся девятым чудом света.
Это слово: «Хинам»!

Итак, что же это за хинам, который я имею честь проповедоапть недопосвещенный Абраhмам? Первый и прямой смысл этого слова — «бесплатно» (в смысле — нахаляву). Второе значение слова «хинам» — хреново, зато бесплатно.
Кроме Хинама как такового существует т.н. полный хинам, хинамство и глагол хинамить, но об этом — в следующий раз. А пока — все.

В заключение скажу тебе вот что: Абраhмами не становятся, Абраhмами рождаются (и умирают). И поэтому, если ты чувствуешь, что ты родился Абраhмом, но еще недостаточно подготовлен, чтобы сражаться с попсовой стороной музыки, то втыкай, жри охель и все будет машу тов.
Научится этому нельзя и поэтому мы тебя учить ничему не будем. Настоящий Абраhм должен сам допереть чё и как.

Highway Stas

Лупить по басдраму — не струны трепать
И спорить резона здесь нету
Я — метальный мастер, по-барски лабать
Могу я зимою и лэтом

С заданьем послала меня ЦРУ,
Сперва загрузив, как дискету,
К Абраhмам я должен проникнуть в нору,
Чтоб выведать все их секреты

Какой-то загадочный «полный хинам»
Мешает всем выучить гаммы
Спросил я «Как в анус пролезла страна?»
«Никак!» мне сказали Абраhмы

Твердят мне, что если сучки отпилить
То мы знаменитыми станем
И вещь на три буквы мечтают купить
Те, с кем я лабаю в Бейт-Дани

Хотел бы побольше я фактов узнать:
В чем главная сущность хинама?
Маргулиса в чем основная вина?
И кто эти Элка и Зяма?

Узнать от Абрамов сегодняшних чем
Абрам отличается древний
Узнать почему, что, когда и зачем
И чем хорош домик в деревне.

Я — метальный мастер, я сам Highway Stas
Лабаю я быстро, умело
Твердят мне чтоб не ускорял, всякий раз
Когда мы играем Umbrell'у

Но с Айана Пэйса беру я пример
Я понял: в дощечках вся сила
И я звуковой переплюну барьер,
Как некогда пел мистер Гиллан

И так год за годом я круто втыкал
И понял всю правильность втыка
Я понял теперь что такое «ха-ха»
И «тов», и какой-то там «выкл.»

Отныне девиз мой «Ахи тов Хинам!»,
Долой цэрэушного спрута!
Я вкинулся, значит душой я Абраhм,
Мы вместе и это так круто!

Абраhмськi казки

Подивiться на годинник. Вже пiвнiчь. Злочасна година, коли всходить мiсяць та понад мирними картавськiми дахами луна вiдчаяний крик чарiвника країни Кар. Слухайте Абраhмськi казки.
А-а-а-а!!!
Да пошла ты!

Жил был Ежик в прикольном штате Калифорния.
Лабал он целыми днями с седьмого лада на своей любимой домбре и считал воронов.
И вот однажды 13 числа весеннего месяца Нисана, аккурат в пятницу, решил он вернуться на историческую родину: Back in the USSR.
«Я сюда еще вернусь» — подумал Ежик, садясь на свой раздолбанный мотоцикл Yamaha и выжимая до отказа педаль sustain, потому как все остальные педали он проел.
Выехал он на Хайвэй и сразу вспомнил свою несбывшуюся любовь — Свету, которую заколбасила umbrella girl, которая была влюблена в гниющего Моцарта.
В ушах Ежа свистел ветер перемен. В голове Ежа крутилась в бесконечном лупе нездоровая мысль: «Никак не пойму, если umbrella girl была влюблена в гниющего Моцарта, тогда какого хрена она заколбасила Свету, которая, в свою очередь, была влюблена в меня».
Задумавшись, Еж не заметил что поворот ему несет. А нес он ему стремительно надвигающийся на него фонарь.
«Ой-йо!» — подумал Еж и хотел-было надавить на педаль мьюта, но поздно сообразил, что и эту педаль он проел.
«Это все!» — подумал Еж, втыкаясь головой в фонарь.
Тем временем шел с работы Метельный Мастер Мышь.
При виде приплющенного к фонарю Ежика и заглюченой Ямахи, глаза Мышонка стали постепенно забрасываться на потолок.
Он вошел в такой аут, что еле вышел дай и зашел.
Собрав remains, то есть то что осталось от Ежика, Мышь поплелся на кладбище.
Там он закопал ежовые останки и произнес впечатляющую речь, закончив ее словами «Let it be and nothing else matters».
Похоронив Ежа и воткнув в свежую могилу два копья, Метальный Мастер Мышь отправился проведать гниющего Моцарта, гниющего совсем неподалеку.
Но по дороге Мы встретил Сатану!
— Зачем ты явился на кладбище, чужестранец? Кто ты? — спросил его Сатана
— А я сатанист!!! — ответил Метальный Мастер Мышь
На это Сатана ему ответил — DIE!!!
Мышонок уже собирался уранить далеко-далеко по черно-белым полям, но его так заэфрэйдило, что он стоял, стоял, упал и умер.
Ха-ха-ха-ха-ха…
Вобщем, все умерли.
Конец.